Защищают или…?

Тромсё. Что происходит в норвежской службе опеки?

Окончание. Начало в №№45 и 46.

Право имеющий

О минусах в работе службы защиты детей “Barnevern” рассказал адвокат Эйрик Рингберг. Он представляет интересы родителей в суде по делам об опеке над детьми. По его словам, основная проблема норвежской службы опеки — отсутствие квалифицированных кадров. В “Barnevern” инспекторами работают молодые специалисты, недавно закончившие университет, и опыта работы у них, естественно, нет. Зато есть право решать судьбу детей и их родителей. Но морально тяжелая работа приводит к большой текучке кадров.
По словам адвоката, некоторым сотрудникам службы опеки не хватает подготовки по специфическим направлениям. Например, им сложно работать с алкоголиками и наркоманами.
По норвежской статистике, много детей изымают из эмигрантских семей. Например, если из такой семьи забирают трех маленьких детей, то найти одну приемную семью для них всех очень трудно. То есть ребенка разлучают не только со своими родителями, но и с братьями и сестрами. И чаще всего в такой ситуации дети забывают родной язык, а это ущемление прав ребенка.

Эйрик Рингберг отметил еще один момент. Вопрос об изъятии ребенка из семьи решает губернская комиссия. Родители могут обжаловать решение в суде, но по норвежскому законодательству ребенка могут забрать из семьи и до рассмотрения дела.

— Конечно, я бы хотел, чтобы изъятие ребенка из семьи до судебного процесса было чем-то обосновано, — сказал адвокат. — А если веских оснований для этого нет, то ребенок должен находиться в семье.

Адвокат Эйрик Рингберг. Он защищает интересы родителей в процессах о передаче опеки. Фото Юлии Короткой.

Адвокат Эйрик Рингберг. Он защищает интересы родителей в процессах о передаче опеки. Фото Юлии Короткой.

Муж с тайной

Эйрик Рингберг рассказал несколько историй о вмешательстве службы опеки в семьи. Например, русская женщина эмигрировала в Норвегию. Там она встретила мужчину, влюбилась в него, вышла замуж и родила ребенка. Спустя несколько месяцев в их дом пришли сотрудники “Barnevern”.

“Недопустимо, чтобы маленький ребенок жил с педофилом”, — заявили представители службы опеки. Выяснилось, что мужчина до знакомства с женой сидел в тюрьме за сексуальное насилие над маленьким ребенком. Когда мужчина вышел на свободу, он встретил свою будущую жену и не рассказал ей о своем тюремном сроке. Женщина долго не верила сотрудникам “Barnevern” и юристам, а муж убеждал ее, что вся эта история — выдумка. Служба опеки хотела забрать ребенка, а адвокаты настояли на том, что женщину нужно переубедить. Ей показали приговор, ознакомили с ходом дела, а потом предложили выбрать: либо муж, либо ребенок. Женщина выбрала ребенка, их разместили в центре социальной помощи и оградили от отца.

Но не всегда органы опеки могут правильно понимать рассказы детей о насилии. Например, в семье из Сомали жили сын и дочка. Четырехлетний мальчик говорил в детском садике, что ночью по крыше его дома ходит тигр и что кто-то режет губы мальчика ножом. Воспитательница обратилась в “Barnevern”, и специалисты решили, что ребенок таким образом рассказывает о насилии в семье. В итоге состоялось заседание губернской комиссии, потом — суд первой инстанции. У родителей собирались забрать и сына, и дочку. Лишь на апелляции удалось выяснить, что мальчик все выдумал. Он не ожидал, что сотрудники норвежской опеки неправильно поймут его фантазии.

Руководитель Центра для детей, подвергшихся насилию, в Тромсе Столе Лютер. Фото Юлии Короткой.

Руководитель Центра для детей, подвергшихся насилию, в Тромсе Столе Лютер. Фото Юлии Короткой.

На чистую воду

В начале 2015 года служба опеки неожиданно для всех улучшила показатели по времени рассмотрения обращений и жалоб. Журналисты задумались, отчего это произошло. Провели расследование и опубликовали несколько статей о внутренней работе “Barnevern”. В итоге служба защиты детей оказалась вовлечена в скандал. Журналисты выяснили, что инспекторы некачественно выполняли свою работу. Например, вместо того, чтобы выехать в дом с проверкой, они звонили по телефону, при этом тратили гораздо меньше времени на расследование дела.

Но не только за счет экономии времени улучшились показатели. Руководство службы опеки наняли частную компанию, которая выполняла часть их работы: принимала заявления, расследовала дела, передавала их в суд. При этом фирма-посредник за свои услуги за год получила один миллион норвежских крон из бюджета.

После публикации скандальных материалов, а также жалоб из Объединения детей, попавших под опеку, губернская администрация провела проверку: случайным образом выбрали 40 раскрытых службой опеки дел. Из них в 19 нашли грубые нарушения нескольких норвежских законов и Конвенции ООН о правах ребенка. Теперь такие проверки в “Barnevern” проходят каждые четыре месяца.

Это интересно(1)(0)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *