Эхо Чернобыля | "Дважды Два Апатиты", городская новостная газета

Эхо Чернобыля

В ликвидации последствий аварии участвовал вся страна, в том числе Апатиты

Разработанную Светланой Месяц методику восстановления загрязненной почвы успешно применяли после аварии в Чернобыле. Фрагмент презентации.

Светлана Петровна в Чернобыле, 1987 год. Фото из личного архива.

25 лет назад 76 украинских городов и сел оказались в зоне отчуждения после страшной аварии. Сейчас в киевском национальном музее “Чернобыль” вдоль лестницы, которая ведет к экспонатам, на каждой ступеньке посетителей сопровождают указатели этих населенных пунктов. Чтобы помнили…

На все — час!

Летом в Киеве много туристов, и музей “Чернобыль” — одно из самых посещаемых мест. Туда стоит зайти, чтобы не только понять масштабы аварии, но и оценить подвиг людей, погибших и выживших во время ликвидации последствий катастрофы.

Экспозицию открывают фотографии 1977 года — той осенью Чернобыльская атомная станция начала работать. На фото — ликование, радостные лица строителей и атомщиков. Многие из них — жители Припяти, которая расположена в трех километрах от АЭС. Молодой украинский город с новостройками, школами, детскими садами, ресторанами и парком аттракционов — живой, солнечный на фото. Население — 50 тысяч, в том числе 17 тысяч — дети.

26 апреля 1986 года здесь была настоящая весна: девушки в легких платьях, дети на велосипедах, деревья в зеленой листве. Об аварии, которая случилась в ночь на 27 апреля, с утра — ни слова в газетах и по радио. А в 13 часов громкая связь разнесла по всему городу сообщение о временной эвакуации. На сборы только час! Просили взять с собой документы, вещи и продукты. О причине эвакуации опять же ни слова.

В кинохронике, которую можно увидеть в музее, заметны волнение и растерянность людей. Колоннами стоят автобусы для эвакуации, по дорогам едут военные машины, а вдоль дорог идут люди в химзащите. Первыми в автобусы сажают женщин с детьми. За один час город опустел: по улицам бродят одинокие собаки, на балконах висит постиранное белье, окна в квартирах открыты — тепло же, весна! Жители Припяти покидали родной город в надежде вернуться…

Мертвый город

Первых пострадавших на ЧАЭС с острой лучевой болезнью сразу отправляли в московские больницы, где многие умирали. Те, кто остался, писали письма родным — письма также лежат в музее под стеклом. Это удивительно мужественные люди: зная, в каких условиях они работают и чем им грозит высокая радиация, они писали о чем угодно, но только не об аварии. О весне, прекрасной погоде, о том, как скучают. О работе лишь в нескольких словах, смысл которых — все будет хорошо!

До 10 мая военные посыпали разрушенный реактор из вертолетов смесью из песка, глины и свинца. Первые ликвидаторы работали минутами, сменяя друг друга. Дольше было опасно для жизни.

Ликвидация последствий аварии продолжалась несколько лет, основные работы в ней выполняли армейские части Минобороны СССР.

По настоятельной рекомендации мирового сообщества атомную станцию закрыли зимой 2000 года. Люди в Припять так и не вернулись. Город стоит в мертвой тишине: видео Припяти наших дней тоже есть в музее…

Признанная международная версия причины аварии — человеческий фактор и проектные недоработки. По этому делу  в Чернобыле состоялся закрытый суд. Были осуждены пять человек, в том числе директор АЭС и главный инженер.

Борьба с пылью

В Апатитах живут 27 участников ликвидации последствий аварии в Чернобыле. Удивительно, но первой из нашего города туда поехала женщина.

“Вспоминая эпопею тех дней, не могу не упомянуть замечательную женщину — Светлану Петровну Месяц из Горного института Кольского филиала Академии наук в Апатитах, которая одна сделала столько, сколько не делали целые организации”, — пишет о моей собеседнице  заместитель директора СП “Комплекс” “ПО Комбинат” — предприятия, занимающегося ликвидацией последствий чернобыльской аварии, Юлий Борисович Андреев.

Вот еще несколько его воспоминаний: “В 1987 году там, где работали люди, оперативно подавлять пыль было необходимо, но решать задачу целиком только химическими методами было невозможно. Здесь есть интересная деталь, о которой мало кто знает. В том же 1987 году я раскопал в специальной литературе упоминание о двухпроцентной вероятности для этого района (то есть один раз приблизительно в пятьдесят лет) пыльных бурь при скорости ветра до сорока метров в секунду. Такой ветер может снимать и перемещать на далекие расстояния поверхностный слой грунта. Частицы украинской почвы находили после таких бурь даже в Швеции, это было еще до чернобыльской аварии. В 1987 году для долговременного закрепления грунтов в непосредственной близости от реактора мы применили специальные методы…”

Так вот именно наш метод, автором которого была молодой ученый Светлана Месяц, и применили в Чернобыле после аварии.

Отказываться нельзя

В Президиум КНЦ РАН пришла правительственная телеграмма: сотруднику Месяц С.П. надлежит немедленно вылететь в Киев для участия в совещании на правительственном уровне по решению проблемы пылеподавления в зоне ЧАЭС после дезактивации территории, подвергнутой радиационному загрязнению (дезактивация заключалась в снятии почвы на глубину до метра). К тому времени Светлана Месяц уже не один год работала над проблемой закрепления пылящих поверхностей хвостохранилищ. Именно ее технология по решению экспертного совета легла в 1987 году в основу “Комплексной программы по пылеподавлению с целью снижения радиоактивного переноса”.

— Я была в Чернобыле несколько раз, — рассказывает Светлана Петровна. — В первый раз мы облетели территорию на вертолете для оценки площади поражения. За десять дней наладили работу с нуля: создали растворный узел, нашли несколько “БелАЗов”, подготовили их к работе по нанесению полимерного покрытия. Поезда с полимером проводили по стране “по зеленому семафору”. За короткий срок по нашей технологии был создан растительный покров на тысячах гектаров дезактивированных площадей, в том числе примерно на 500 гектарах сгоревшего от радиации соснового леса в непосредственной близости от разрушенного реактора. В память о погибшем лесе в травосмеси добавили люпины, которые зацвели на следующий год. Сегодня здесь вырос новый лес. В результате проведенных работ содержание радиации в воздухе снизилось на два порядка.

Светлана Петровна, конечно, понимала, куда едет. На вопрос, страшно ли было, ответила, что у нее совсем не оставалось времени об этом думать.

— Нужно! Это слово было для меня  и для всех в те годы определяющим, — говорит она. — Произошла большая катастрофа. И мы сделали работу, в которой там нуждались.

У Светланы Месяц есть правительственная награда, благодарность Министерства обороны СССР и правительственной комиссии по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. Но все это для нее не так важно, как воспоминания тех лет.

— Это было непростое время, но очень интересное. Я чувствовала значимость своего труда. Я там познакомилась с очень интересными людьми, которые работали не на страх, а на совесть, — говорит Светлана Петровна. — Со многими потом еще долго поддерживали отношения.

Во время рассказа о генерале-лейтенанте Ряхове у моей собеседницы светились глаза. Она говорила так эмоционально, так подробно, как будто все это было вчера. Очень часто в ее монологе звучало словосочетание “добрая душа”: “Какая-то добрая душа каждый день оставляла мне на пороге еду, если я работала допоздна”, “Каждый день какая-то добрая душа приносила мне комплект новой одежды”, “Водитель — добрая душа — перед выездом из зоны каждый вечер мыл машину, чтобы нас не остановил радиационный контроль на въезде в город”. У меня сложилось впечатление, что все это было неспроста: видно, сама Светлана Месяц — добрая душа, настоящий профессионал и самоотверженный человек. А иначе откуда вокруг нее столько добрых душ?..

В общей сложности Светлана Месяц провела в трехкилометровой зоне ЧАЭС 260 дней. Сейчас она по-прежнему работает в Горном институте, заведует лабораторией экотехнологий. А ее метод восстановления нарушенных земель и сегодня востребован в разных регионах России и за рубежом.

Это интересно(0)(0)

1 Комментарий

  1. Юлий Андреев:

    Кроме группы Светланы Месяц, которая работала с латексом, в Чернобыле в 1987-1988 годах работали еще три группы, занимавшиеся пылеподавлением с помощью других составов, но Светлана отличалась удивительным трудолюбием и настойчивостью и всегда была на шаг впереди. Решением Правительственной Комиссии я был назначен, в дополнение к основным обязанностям, ответственным за пылеподавление, поэтому проблема известна мне во всех подробностях.
    Светлана — настоящая русская женщина, умная красивая, грациозная. Мне рассказывали, что Светлана была еще и альпинисткой, и имела прозвище «Пума» за свою непревзойденную смелость и грацию. Да вознаградит её природа долгой и счастливой жизнью!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *