Делать жизнь… с кого?

«Наши родители, возмож­но, имели свои идеалы. А потом, сами знаете, эти идеа­лы оказались вовсе не иде­альными. Разочарование — это всегда больно. И поэто­му мы не хотим разочарова­ний в авторитетах. Лучше не верить ни во что, чем по­том терять эту веру. И вооб­ще, нам на все наплевать! Мы хотим делать только то, что хотим мы! Да и в школу мы ходим, и готовимся к ин­ституту, в основном, под ва­шим нажимом, товарищи взрослые! Вы знаете, очень хочется хотя бы недолго ни­чего не делать, и чтобы ник­то не трогал, лежать и пле­вать в потолок (но питание должно быть бесперебой­ным). Да, вот такие мы!..»

Они, похоже, действитель­но такие. Но, к великому сожалению, лежать и пле­вать всю жизнь не получит­ся. Так с кого же собира­ется «делать жизнь» подра­стающее поколение?

Для нас было большой неожиданностью узнать, что, судя по опросу молодежи, самым большим авторитетом для них являются… родите­ли! 49 человек из 209 опро­шенных ответили именно так:

«Авторитет? Родители. По­чему? Не знаю». «Родители. Потому что мне так хочет­ся, и все тут!». «Мать. Она меня кормит и ни в чем не отказывает». «Родители. Они имеют самые наилучшие ка­чества и учат многому». «Ро­дители. Я очень горжусь ими, так как они честно тру­дятся и их очень уважают коллеги. И вообще они от­личные родители! И собой я очень горжусь. Я себя очень уважаю и люблю. Я сама — идеал!»

Кстати, о «самом себе» 13 человек являются автори­тетом для самих же себя: «Я красивый, умный, скром­ный, хороший, честный… Замечательный!» И, слава Богу! Наконец-то обрело хо­тя бы новое поколение это здоровое качество — само­любие!

Оказывается, герои книг больше привлекают старше­классников, чем герои филь­мов. Среди первых названы Скарлетт О’Хара, Дубров­ский, князь Андрей Болкон­ский, сестра Керри, Тарзан и Винни-Пух. Среди вторых — Индиана Джонс и незаб­венные комические герои Юрия Никулина.

Что касается людей искус­ства, авторитетами являют­ся люди весьма разные. Вик­тор Цой — «мне нравятся его песни, его артистический образ». Сильвестр Сталлоне — «он сильный, красивый очень и прекрасный артист». Арнольд Шварценеггер — «он сильный». А так же — Дмитрий Харатьян, Влади­мир Высоцкий, Даниил Хармс и Александр Солже­ницын… Разные, но какие!

Ровно столько же, сколь­ко людей искусства, было названо политиков, причем, отечественных: Ельцин, Трав­кин, Жириновский, Явлин­ский (почему-то последнего зачислили именно в эту ка­тегорию). Наверное, десяток лет назад они бы вообще от­сутствовали в списке. Пото­му, что их как бы и не было в природе. Зато теперь есть из кого выбрать!

Вслед за политиками стро­ем шагают авторитетные для ребят бизнесмены. К со­жалению, ни один из них не был назван по имени. Мо­жет быть, имеется в виду теневой бизнес с сицилийским акцентом, а может быть, просто Васька-фарцов­щик из параллельного клас­са.

Грустно, но факт — на последнем месте оказались учителя. Только два челове­ка сказали о педагогах как о людях авторитетных для себя.

И напоследок. «Авторите­тов у таких разгильдяев, как мы, нет и быть не может. Есть только любимые люди. Есть люди, чье мнение мы уважаем, но это не автори­теты для нас. У нас есть на все свое мнение, чего и вам желаем. Чао!»

ЧЕСТНО И ОТКРОВЕННО

Иногда беру пример

На вопрос об авторитете я не могу отве­тить конкретно — очень много людей, с ко­торых я иногда, как говорится, «беру при­мер». Скажем, родители для меня — не ав­торитет, зато тетя, добившаяся благосостоя­ния своим умом и трудом, внушает уважение. Среди политиков отдаю предпочтению наше­му российскому президенту, но не за полити­ческую деятельность, а за его обаяние. Спорт не очень люблю, но вид симпатичных трени­рованных мужчин достоин восхищения. Ко­нечно, герои фильмов и книг оказывают на меня большое влияние. Например, посмотрев интересный фильм с очаровательной герои­ней, я неделю нахожусь под впечатлением от картины, и в моей речи, походке и прическе появляются особенности, отличавшие герои­ню фильма. А вообще, для меня выработал­ся определенный образ человека, который, будь он реален, был бы для меня авторите­том. Этот человек не идеал, у него масса недостатков, но таких, которые мне симпатичны (не буду говорить, какие). К сожалению, в жизни я такого человека не встречала.

Мажор дядя Вася

Мой авторитет — сосед дядя Вася. Мне кажется, что человек, имеющий две машины, не может не быть примером для подража­ния. Года три назад он быстро просек момент начала легализации русского бизнеса и те­перь живет, как белый человек. Когда я по­пала в его квартиру, я аж обалдела. Япон­ский телевизор, видик, музыкальный центр, упаковка — класс! Вроде бы простой прин­цип: «Купил подешевле — продал подороже», а мало кто может им воспользоваться как следует. Дядя Вася сумел претворить в жизнь этот принцип, работая на торговой базе, и теперь ему не надо экономить на всяких мелочах, в отличие от моих родителей.

Мама и папа — мои друзья

Мой авторитет – мои родители. У меня спокойная, добрая, сдержанная мама. Мне не раз признавались мои друзья, что они мне в этом завидуют. С моей мамой можно легко найти общий язык, она всегда выслушает те­бя, поможет решить возникшую проблему. Черты характера папы во многом похожи на мамины, но он более сильный и решитель­ный человек. Папа серьезно занимается спор­том и имеет неплохие результаты. У нас ма­шина скромнее, чем «Вольво» или «Тойота», но из-за этого для меня авторитет моих ро­дителей не становится ниже, и я хочу быть похожей на них.

Учитель

По результатам опроса единственным учи­телем, являющимся авторитетом для некото­рых учеников, оказалась Людмила Ивановна Чекрыгина, преподаватель русского языка и литературы из школы №2 в Апатитах. Был назван еще один учитель, но не по имени. Что помогло Людмиле Ивановне завоевать уважение подростков? Она считает, что это результат ее неформального отношения с учениками. Чекрыгина «не давит» школьников своими знаниями, своим жизненным опытом. Помогает каждому раскрыться, научиться уважать себя. «Когда ребята уважают себя, они могут уважать других». Педагогу инте­ресно с подростками, она пытается их понять, лучше узнать, открыть для себя. И вce это ненавязчиво, тактично… А они, такие колючие и ни во что не верящие, начинают с интере­сом читать новый роман, о котором на днях говорила Людмила Ивановна, или на школьный вечер ищут пластинку с мелодиями, ко­торые, как выяснили они, особенно любит их строгая внешне Людмила Ивановна.

А потом, закончив школу, покинут город, приезжают домой с первым вопросом: как там Людмила Ивановна? И, бросив вещи у порога, бегут в школу, чтобы посидеть про­сто так на уроке у Чекрыгиной. Потому что каждый ее урок — открытие.

Не хочу «косить»!

У меня нет авторитетов, прежде всего по­тому, что ценю в человеке индивидуальность. Мне не нравится, когда человек под кого-то «косит». Правда, можно простить, если это у него здорово получается. А то еще, бывает, называют в качестве своих авторитетов Дуб­ровского или Наташу Ростову. «Косить под Дубровского» — неплохо звучит. Другое де­ло — качества характера. Мне нравятся люди честные, великодушные, умные, добрые, обая­тельные. Но эти качества проявляются у раз­ных людей по-разному. Например, честный человек подойдет к другому, имеющему не­которые физические недостатки, и, честно глядя в глаза, честно скажет: «Друг, у тебя кривые ноги, гнилые зубы, нос крючком и вообще ты урод». А ум бывает направлен во зло, и юмор подчас оказывается черным, а доброта вообще абстрактное понятие.

Это интересно(0)(0)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *