«Он был как свет…»

Вспоминая художника

Ирина Ситдикова. “Портрет друга”. Гуашь, сухая кисть, 2005.

Ирина Ситдикова. “Портрет друга”. Гуашь, сухая кисть, 2005.

Жизнь проходит быстро, а жизнь без ушедших друзей летит еще быстрее.
Вот и оказалось, что со дня смерти художника Игоря Чайковского прошло десять лет. И тут все ахнули: как десять? Только вчера же узнали, что болен, что нуждается в помощи. О необходимости этой помощи написал в газете Игорь Дылёв, объявил сбор в редакции или в отделе культуры — у Ирины Новицкой. А теперь нет с нами и их обоих…
На память о художнике остаются не только его работы. Остается еще и память о временах, которые он изменил одним своим присутствием. Особенно, если художник — личность: крупная, неординарная, яркая. А об Игоре Чайковском всегда, и довольно внезапно, всплывают истории от самых разных людей, зачастую с живописью даже и не связанных. Про то, как он выбирал однажды пиджак… Про то, как ходил охотиться на зайцев… Про… Да про многое!
И получается, что художник, спустя годы после своего ухода, становится частью городского фольклора — светлой, юморной, искрометной. “А вот был случай — мы с Чайковским!..” — так начинаются эти байки. И давайте честно спросим себя: про кого из нас будут вспоминать подобным образом спустя десять лет?
Но сегодня, все-таки, слово тем, кто был связан с Игорем Чайковским особенно: его коллегам.

Игорь был значительной фигурой в художественной жизни Апатитов. Я помню его совсем молодым. Мы вместе работали в одной забавной организации, в “Комбинате торговой рекламы”. Здание находилось на самой окраине поселка Кукисвумчорр, на улице Чуйкина. Игорь делал проекты для газосветной рекламы. Он был молод, худ и полон творческих планов.

А совсем близко мы стали общаться, наверное, с 1987 года, когда организовалось творческое объединение “Мастер”, в котором участвовали практически все художники, живущие в Апатитах и Кировске. Игорь был одним из лидеров объединения. Мы организовывали передвижные выставки, участвовали в городских праздниках, делали инсталляции и тематические экспозиции. Это было интересное время. Мы тогда были еще молоды, и казалось, что перед всеми нами открывались радужные перспективы.
Одно из самых значительных событий в нашей жизни, в художественной жизни Апатитов, было создание “Галереи “М”. Мы с Игорем прилетели утром 19 августа 1991 года в Апатиты. Путч. ГКЧП. Российский триколор. Социальные потрясения того времени вызвали у художников естественную реакцию. Была создана целая серия работ, в которых мы — Игорь Чайковский, Александр Терещук и Игорь Клюшкин — выразили свое отношение к происшедшим событиям. Так родилась выставка “Живопись времен переворота”, и этой выставкой была открыта новая арт-структура: общество с ограниченной ответственностью “Галерея “М”, с уставным капиталом в 1000 рублей. Это была первая частная галерея в советском Заполярье.

Первая выставка оказалась довольно востребованной: в феврале 1992 года она демонстрировалась в Мурманском художественном музее, а в августе того же года, в годовщину путча, ее увидели зрители Государственного музея политической истории России в Санкт-Петербурге. Здесь было предложено интересное экспозиционное решение — картины художников “Галереи “М” демонстрировались на фоне огромной картины “Взятие Зимнего” размером 4х18 метров. Происходил очень интересный семиотический диалог двух художественных объектов: путч 1991 года на фоне путча 1917 года. Пять работ художников с тех пор хранятся в коллекции Музея политической истории России.
Игорь, будучи главным действующим лицом галереи, очень много сделал для того, чтобы галерея стала местом экспозиции современного, актуального и альтернативного искусства. Он достаточно интересно в своем живописном творчестве интерпретировал традиции русского реалистического искусства и приемы русского и зарубежного авангарда. И подчас в этом он достигал довольно любопытных решений.

Чем дальше от нас это время, тем острее чувствуется отсутствие Игоря в нашей культурной жизни. Появились новые художественные институции, жизнь продолжается. И хочется сказать слова благодарности нашему другу, художнику, творцу Игорю Чайковскому. Мы помним тебя!

Игорь Клюшкин, художник.

Мы с Игорем познакомились на предприятии, в “Торговой рекламе” — он пришел туда совсем молодым, на газосветный участок. Вывеска магазина “Арктика” — это как раз его работа. Потом куда-то ушел, и мы долго с ним не общались, случайно встретились потом у Баржицкого, и я увидел Игоря совершенно изменившимся, ставшим художником и выглядящим соответственно.

Игорь — пример того, что можно изменить все, если очень захочешь. Он хотел быть художником и стал им. Не каждый из нас способен сказать о себе так, многие вечно сомневаются в себе. А у Игоря такого не было, хотя мы на эту тему не говорили…

Чайковский был художником во всем, отдавал себя творчеству целиком. Но главное — это то, что он своим запалом, интересом объединил людей, создал “Галерею “М”. Игорь давно на небесах, а его детище живет, а это самый его весомый вклад в жизнь нашего города. Тогда, в начале 90-х, все возникло на пустом месте: денег нет, все в панике, а тут — такой прорыв! И сколько всего там происходило интересного… Когда человек свободен во всем — в выборе материалов, сюжетов — это побуждает творить еще, а также раскрепощает людей и они становятся близки друг другу. “Галерея” — еще и пример того, как можно почти в одиночку заразить других людей хорошей идеей. А это трудно. Мы часто вспоминаем Чайковского и его способность общаться по-доброму, искренне, находить со всеми общий язык, быть обаятельным и располагающим к себе человеком.

Станислав Никонов,
художник, предприниматель.

Игоря я вспоминаю часто. Вспоминаю и как художника, и как друга.

Художник он самобытный, мыслящий, интересный. Его работы я видел практически все, поэтому могу в полном объеме знать его творчество. И творческая жизнь его проходила рядом, на наших глазах. Теперь поражает то, насколько она получилась недлинной.

Если бы меня спросили, кто, на мой взгляд, самый интересный художник, живший и работавший в Апатитах и Кировске, я бы не задумываясь сказал — Игорь Чайковский. Вторым бы назвал Мишу Скоробогатченко, оба из нашей “Галереи “М”.

В короткой газетной статье к памятной дате нет возможности анализировать достоинства той или иной работы. Как всегда, были и послабее, и посильнее. Но если говорить обо всех вместе, то творческий багаж Игоря очень значителен. Он многое успел сделать. Нам бы его услышать.
Город еще не до конца оценил, какой замечательный художник жил и творил в нем.

Александр Зайцев,
художник.

Игоря всегда вспоминаю добрым и позитивным. Он был душой компании. А еще тактичным и интеллигентным. И, конечно, невероятно талантливым. Частенько, как сосед, забегал по утрам: “Пошли на кофе!”…

Маргарита Момотова, методист библиотеки-музея,
куратор “Галереи “М”.

Увидев Игоря впервые, я сразу поняла, что этот человек — художник. И внешность, и манера говорить — соответствующие.
Мы познакомились с Игорем в тот момент моей жизни, когда мне было не очень понятно, куда идти и что делать дальше. Наверное, у каждого из нас бывает такое ощущение какой-то неправильности происходящего. Вроде бы работаешь, рисуешь, пишешь, живешь… Но себя при этом не понимаешь, кто же ты на самом деле — художник или человек?..

А вот про Игоря сразу было понятно — он художник! Такой уверенный, открытый, веселый. А я просто умею рисовать, так я ему и сказала — тоже, мол, рисую. В результате пришлось рисунки Игорю показать и это был переломный момент, у нас был серьезный разговор, в процессе которого Игорь объяснил мне, что я и есть художник, тоже, как и он, и нечего тут даже искать, жизненный путь уже есть, надо просто идти и делать свое дело. Ну, в моем случае — заниматься графикой. И это было, как увидеть свет маяка в штормящем море. Многое стало простым и ясным, появилась уверенность в себе, желание работать и участвовать в выставках.

Конечно, это определило мою жизнь, и Игоря я никогда не забуду. Он был талантливым художником и прекрасным человеком, который умел помочь людям понять свой внутренний мир. А внутренний мир человека — это космос, я считаю. К сожалению, после ухода Игоря некому было сказать: король умер, да здравствует король. Потому что он из незаменимых. В моей памяти он остается маяком, проводником в мир искусства, лучом надежды. Звучит высокопарно, но это чистая правда.
И я уверена, что не только я, многие считали его своим настоящим другом, он заряжал хорошим настроением, буквально парой фраз!

А еще такой интересный факт — меня завораживало его лицо, одухотворенное, богатое мимикой, очень эмоциональное, с типичной художественной бородой. И я часто его рисовала, портретов Игоря у меня было много, но все были разобраны или куплены его друзьями. Остались только фотографии работ. Одна из них — в сине-желтом свитере. Этот свитер у него на самом деле был. Приходит он как-то на очередное открытие выставки в нем, я удивляюсь подобному смелому колориту и спрашиваю: что за вырвиглаз? А он объясняет: мечтает, якобы, в кругосветное отправиться, в море, на яхте (с кем-то там, не помню). Так вот мама связала ему свитерок, чтобы, если он за борт упадет, так его издалека было видно…

Ирина Ситдикова,
художник.

Это интересно(6)(0)

2 Комментарии

  1. Олег Скоробогатченко.:

    Люди помнят. Это хорошо.! Игорян!!!!

  2. Равиль:

    Спасибо всем, за память!!! СПАСИБО!!!!!!!!!!!!!!!! Игорек!!! брат!!! Люблю тебя!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *